С 30 ноября Финляндия полностью закрыла границу с Россией, став первой страной, пошедшей на такой шаг. Даже страны Балтии, традиционно относящиеся к России куда более настороженно, пока не планируют повторять финский опыт. Хельсинки объясняет свое решение резким ростом потока беженцев через российскую границу, но ситуация все равно вызывает немало вопросов.
Например, почему во время аналогичного кризиса с беженцами в 2015 году проблема решалась путем диалога с Москвой, а в этот раз Хельсинки сразу перешел к ответным мерам? Как вообще могла оказаться закрытой граница, через которую в рекордном 2013 году было зафиксировано 12 млн пересечений, а в предковидные годы — по 8,5 млн? Ведь даже за первые семь месяцев этого года, после всех ограничений, пересечений было почти миллион. Почему хочет отгородиться от России страна, которая всего десятилетие назад выдавала россиянам более миллиона шенгенских виз в год и столько делала для привлечения российских туристов?
Логика решения
Статистика, которую приводят финские власти, говорит о многом. В сентябре 2023 года за убежищем в Финляндии обратилось 13 человек, прибывших в страну через границу с Россией. В октябре — 32. А за первые две недели ноября — почти 500. Не нужно обладать какой-то особой информацией, чтобы понять, что на российской стороне границы что-то изменилось. Такой резкий рост мог стать возможным, только если российские пограничники, которые раньше проверяли у проезжающих документы, дающие право въехать в Финляндию, делать это перестали. И решение об этом могло быть принято только на высоком политическом уровне.
Урегулировать проблему по дипломатическим каналам не удалось. Тогда финское правительство, ссылаясь на соображения национальной безопасности, закрыло погранпереходы сначала на юге, а потом в центре страны. 30 ноября — в годовщину начала Зимней войны 1939-1940 годов — закрылся последний переход на севере. За убежищем теперь можно будет обратиться либо в аэропорту финской столицы, либо в портах.
Судя по сообщениям с границы, мигранты уже покидают приграничную территорию. Мигрантский кризис удалось остановить на раннем этапе, и можно надеяться, что в обозримой перспективе граница будет вновь открыта.
Стремительность, с которой финские власти решили закрыть границу с Россией, объясняется несколькими причинами. Прежде всего, в финском обществе сложился консенсус, что ситуация требует жесткого и незамедлительного ответа. В отличие от мигрантского кризиса 2015 года, когда в Финляндии шла активная внутренняя дискуссия между правыми и левыми, противниками и сторонниками приема «беженцев», сегодня последние в явном меньшинстве. А сам термин «беженец» почти не употребляется и вытеснен термином «мигрант», что не оставляет пространства для наивности.
Оппозиция требует от правого правительства безотлагательно принять закон, который позволил бы рассматривать явно необоснованные прошения о предоставлении убежища непосредственно на границе или вблизи нее.
К слову, по состоянию на 27 ноября ни одно прошение об убежище от новоприбывших мигрантов одобрено не было. Миф о возможности беспроблемно въехать в Финляндию через границу с Россией, циркулирующий в соцсетях, которыми пользуются потенциальные мигранты в арабских странах и Африке, должен быть опровергнут. И закрытие границы было в этом отношении необходимым шагом.
Принять такое решение было тем проще, что происходящее воспринимается в Финляндии как процесс, организованный и направляемый Москвой, как элемент гибридной войны. И подтверждений тому хватает.
В результате в действие вступает секьюритизация сознания, ставшая следствием войны России против Украины. Это тот же самый рефлекс, который полностью изменил общественные настроения в Финляндии на рубеже 2021-2022 годов, когда страна решила вступить в НАТО. Россия теперь воспринимается финнами как угроза соседям — отсюда общественная поддержка любых мер, которые интерпретируются как укрепление национальной безопасности перед лицом российской угрозы.
Тем более что заверения Москвы в том, что она не имеет отношения к неожиданному наплыву мигрантов к финской границе, лишены малейшей убедительности. После того как Россия открещивалась от зеленых человечков в Крыму, годами не признавала свое присутствие в Донбассе, а в 2022 году до последнего уверяла мир в отсутствии планов вторгнуться в Украину, ее заявления никто не принимает всерьез.
И даже если такой человек вдруг найдется, то ему тут же придется представить себе, что по российской погранзоне разгуливают полчища контрабандистов, установить контроль над которыми российское государство не способно. Первая версия выставляет Россию злодеем, вторая — разваливающимся государством.
Наконец, опыт большего по масштабу, но похожего по механизму миграционного кризиса на западных границах Беларуси в 2021 году однозначно свидетельствует о том, что закрытие границы и решимость не допускать ее прорыва приносят результат. Рано или поздно давление миграционного потока спадает, а организаторам наплыва приходится так или иначе содержать мигрантов, а иногда и за свой счет возвращать их в страны происхождения.
Обычное «недружественное»
Дальше все эти причины нужно ввести в общий контекст, потому что любую проблему можно решить, пока она одна. Но в том-то и дело, что за последние годы была почти полностью разрушена вся создававшаяся десятилетиями структура двустороннего сотрудничества России и Финляндии.
Россия закрыла финское консульство в Санкт-Петербурге — то самое, которое было известно как «фабрика виз». Финляндия в ответ закрыла российское консульство в Турку — его здание будет снесено, на этом месте построят, скорее всего, детский сад.
Скоро ли финский энергетический гигант Fortum рискнет снова инвестировать в Россию после того, как потерял там миллиарды долларов, изъятых по решению российских властей? Будет ли финский бизнес после этого вообще задумываться о возвращении в Россию? Забудется ли инцидент с вагнеровскими кувалдами, зачем-то брошенными во двор финского посольства в декабре 2022 года? И это далеко не весь перечень.
Теперь к этому списку можно добавить мигрантский кризис на границе с его неясными выгодами для России. Возможно, это была разведка боем. Если бы Финляндия поддалась и не закрыла границу, кризис стал бы перманентным, высасывая из страны и ее европейских партнеров ресурсы и отвлекая внимание от помощи Украине.
Впоследствии, почувствовав слабость и нерешительность соседки, можно было бы попытаться, например, нарушить границы страны НАТО с помощью какой-нибудь «заблудившейся» бронемашины — тоже для того, чтобы проверить реакцию. Или наоборот, если бы у закрытой границы начали происходить инциденты или кто-то из искателей убежища погиб бы на заполярном морозе, можно было бы предстать правозащитником и уличить Хельсинки в нарушении международных обязательств. Но ничего из этого не произошло. И о каких успехах исполнители сегодня докладывают российскому руководству, трудно представить.
Финляндию, в свою очередь, вполне устраивает статус-кво. Он дает ей возможность не только проверить дипломатическую солидарность с ней партнеров по ЕС, но и получить практическую помощь от европейского пограничного агентства Frontex.
Кто в этой ситуации точно проиграл, так это российские граждане, живущие в Финляндии. Их в стране по состоянию на 2021 год насчитывалось 66 тысяч человек, включая обладателей двойного гражданства. Также проиграли финны, связанные с россиянами семейными или дружескими отношениями. И первым, и вторым необходимы открытые границы, но это теперь не гарантировано.
Более того, в Финляндии возобновляется дискуссия о том, не запретить ли двойное гражданство для граждан тех стран, где таковое не признают. А это прежде всего относится к России. В худшем случае дело может дойти до необходимости выбирать между отказом либо от финского паспорта, с которым на практике связана вся жизнь человека в Финляндии, либо от российского паспорта, что сделать практически невозможно, — но попробуйте объяснить это сотруднику миграционной службы, когда на руках у него будет соответствующий закон.
В отношениях России и Финляндии окончательно прошли времена прагматичного сотрудничества и результативного диалога, когда Хельсинки стремился избегать конфликтов, оставаясь интерфейсом между Россией и Западом. А Москва была довольна такими отношениями, которые создавали видимость наличия у нее каких-то особых рычагов воздействия на соседку. Теперь началась эпоха, когда Финляндия, состоящая в ЕС и НАТО, будет вести себя как ответственный участник западной коалиции. Соответственно, Россия будет воспринимать ее как обычное «недружественное» государство со всеми вытекающими попытками протестировать пределы дозволенного и последующими жесткими мерами в ответ.
- Аркадий Мошес