Там, где была вода «Медуза» показывает, к чему привело разрушение плотины Каховской ГЭС. Вот как сейчас выглядят места, где раньше водилась рыба и ходили яхты

После обрушения плотины Каховской ГЭС в ночь на 6 июня хлынувшая вода Днепра затопила около 80 населенных пунктов Херсонской и Николаевской областей. Украинская и российская стороны обвинили в экологической и гуманитарной катастрофе друг друга. Разрушение плотины привело не только к затоплению городов и поселков ниже Каховской ГЭС по течению Днепра, но и обмелению тех мест, что выше — в Запорожской области. По просьбе «Медузы» украинский фотограф Павел Корчагин съездил в Запорожскую область и показывает, как изменился ее ландшафт спустя год после катастрофы. Мы публикуем эти снимки с комментариями автора.

Удары российской армии по энергетической структуре Украины нанесли серьезный ущерб не только этой отрасли, но и природным ресурсам и окружающей среде.

Я уже не раз видел, что природа берет свое — и, хоть и на протяжении длительного времени, все же восстанавливает дисбаланс. Да и люди довольно быстро приспосабливаются к новой реальности. Но в то же время видно, что жизнь на этой земле сломалась. Не только из-за подрыва Каховской ГЭС, а вообще от войны. Судоходство закрыто. Река мертва. Пользоваться ею в полном объеме невозможно.

Когда я увидел этого человека, у меня было ощущение, будто людей вокруг не осталось, а он — последний на Земле.

Места, откуда ушла вода, напомнили мне площадку, где снимали фильм «Сталкер». Мне постоянно казалось, что я попал в какую-то зону после катастрофы. В принципе, так и есть.

В порту Запорожья до сих пор висят объявления, что на катерах можно отправиться на экскурсию.

Борозды от ушедшей воды напомнили мне русла высохших рек.

Меня поразили баржи и краны, оставшиеся на отмелях. Кажется, будто они киты, выброшенные на берег, которые остались тут умирать.

Причал в деревне Разумовка на Днепре стал причалом посреди поля. Я так и не понял, зачем там стоит кресло. Мне показалось, что это катапульта, которая должна выкинуть тебя отсюда.

Это место поразило меня больше всего. Сначала я даже не хотел верить, что все это зеленое море — место, где раньше была вода. А сейчас там уже выросли ивы почти в два метра высотой. Когда-то в Малокатериновке был большой рыбосовхоз, все село жило за счет реки и рыбы. Жители смеются, что скоро там, где когда-то была рыба, начнут бегать кабаны.

Идиллический пейзаж обманчив. Это место опасно, и жить тут страшно. Местные жители рассказывают, что над ними без конца летают ракеты, самолеты, дроны. Раньше это было очень оживленное место: через село ходили электрички и поезда, можно было легко доехать до Запорожья, была дорога на Крым. Но сейчас здесь ничего не ходит, и добраться отсюда хоть куда-нибудь очень сложно.

По следам на берегу видно, насколько упал уровень воды. Рыбаки говорят, что рыбы в Днепре теперь стало гораздо меньше: она ушла вместе с водой.

Вода ушла, и нам стал виден другой, подводный мир: водоросли, корни, росшие на дне Каховского водохранилища, пни. Мне в очередной раз стало грустно оттого, что я не успел побывать в этих местах до катастрофы. Мне хотелось бы прокатиться по Днепру на катере. Или выйти под парусом. А вместо этого приходится дорисовывать в своем воображении, как было до.