Valida
В Баку в районе метро Баксовет находится маленький, но всегда живой и многолюдный Ахундовский сад. За садиком был старый бакинский двор, где буквой “П” были построены три дома, два двухэтажных и один трехэтажный. В этом старом дворе все соседи знали друг друга, здесь родились и выросли не одно поколение столичных жителей. Часто в летние вечера соседи собирались в общем дворе. Женщины с детьми сидели на скамейках и говорили о чем-то своем, женском, а мужчины любили в беседке пить чай и играть в нарды или домино.
Но вот уже почти два месяца, как этот двор опустел. Здесь больше не слышно звонких детских голосов, нет радостных лиц соседей. Только профессор Надир сидел один, задумавшись, с отрешенным взглядом. Ему было чуть больше 50-ти. Более 10 лет он прожил в этом доме. Но вскоре должен был как и все соседи покинуть свой любимый дом, этот двор, расстаться с соседями, среди которых многие были его друзьями.
Всё началось после того, как этот двор облюбовала депутат, народный артист Азербайджана Зейнаб Ханларова. Она решила выкупить этот участок и на его месте построить 16-этажный дом. Как и все депутаты парламента Зейнаб Ханларова имела не один бизнес, а теперь решила заняться ещё и строительством. Но беда в том, что бизнес этот строился на людских слезах. Райoн этот был дорогой. Но несмотря на это, жителям старого двора предлагали небольшие суммы за их квартиры. На тех, кто не соглашался с их условиями, оказывали давление через полицию или Исполнительный комитет.
Жители с первого этажа в соседнем двухэтажном доме отказались продавать свою квартиру. Так новые владельцы снесли уже купленный ими второй этаж, можно сказать, на голову живущим на первом этаже. Люди остались под обломками второго этажа. Им приходилось каждый день переступать через груду мусора под окнами и перед подъездом, всюду была пыль и грязь.
Надир жил в трехэтажном доме на последнем этаже, и понимал, что с ним так поступить не смогут. Они должны получить его согласие на продажу своей квартиры. Хотя ему очень не хотелось покидать этот райoн города, он понимал, что больше не может оставаться в полуразрушенном доме. Однако хотел, чтобы с ним поступили справедливо. Он купил свою квартиру недешево и ещё вложил деньги в ремонт. Он просил, чтобы ему вернули его затраты, и тогда, подпишет договор о продаже. Но новые хозяева упорно стояли на своем…
Однажды в субботний вечер домой к Надиру пришёл представитель З.Ханларовой, инженер Гусейн и с ним 5-6 человек. Они снова начали разговор о продаже квартиры.
– Ай киши, возьми деньги и уходи по-хорошему. Ты почему задерживаешь нашу работу?
– Садитесь, пожалуйста. Давайте поговорим спокойно,- просил Надир.- Поймите меня тоже. Я купил квартиру 10 лет назад и вложил недавно немалые деньги в ее ремонт. За 10 лет цены на квартиры сильно возросли. Заплатите мне такую сумму, чтобы я мог купить квартиру неподалеку, в этом же райoне города. Ведь на деньги, которые вы предлагаете, я могу купить дом только за городом. Я работаю в центре, я привык жить здесь. Я очень уважаю Зейнаб ханум, пожалуйста, объясните это ей, я уверен, что она поймет. Я не хочу создавать ей проблем, думаю, мы сможем договориться.
Непрошеные гости с руганью и криками начали ломать в доме мебель, посуду, требуя сейчас же покинуть квартиру.
Надир бросился к телефону и набрал номер 9-го отделения полиции.
– Ало?- услышал он голос в трубке.
– Это Надир Велиев, профессор, в моей квартире люди Зейнаб Ханларовой всё ломают, устроили погром. Пожалуйста, срочно пришлите людей.
– Надир муаллим, извините, но мы не можем в это вмешиваться. Вам лучше самим договорится между собой,- хладнокровно ответил голос в трубке и дал отбой.
– Даем тебе 3 дня. Если не продашь квартиру, снесём дом без твоего согласия и вообще денег не получишь. Всё равно снесем. Понял?- кричал Надиру в лицо с пеной у рта Гусейн.
Сорвав картины, переломав стулья, посуду в серванте, эти люди ушли, не чувствуя за собой никакой вины.
Наиля сидела на диване, держа в руке поломанную вазу, которую Надир дарил ей на день рождения, и тихо плакала. Надир сел рядом и обнял её за хрупкие плечи…
Через несколько дней профессор как обычно был на работе в Академии Наук. Вдруг его позвали к телефону.
– Ало, Надир, пожалуйста, срочно приезжай домой,- плача, просила жена.
– Наиля, почему ты плачешь? Что случилось?
– Они…Они…снова приходили,- не могла говорить Наиля и дала отбой.
До конца рабочего дня оставалось ещё 2 часа. Надир не мог ждать и отпросился у начальства. Он не помнил, как вел машину и какой дорогой приехал домой. Он быстро поднялся по лестнице на третий этаж. Когда уже хотел нажать на кнопку звонка, заметил, что дверь была открыта. Сердце сильно колотилось в груди. Он вошел в квартиру, где снова всё было перевернуто, как будто здесь провели тщательный обыск. Его книги, семейные фотографии, одежда, всё было разбросано по комнатам.
– Что здесь было?- спросил Надир и только сейчас посмотрел на Наилю.
Он увидел, что её губа была разбита, шла кровь. А на левой руке была большая ссадина.
– Этот инженер Гусейн снова приходил со своей бандой. Они узнали, что тебя нет дома и избили меня.
– Как избили?- глаза Надира налились кровью.
– Один из них несколько раз ударил меня головой о шифоньер. Они так сильно тащили меня за руку, что я упала и ободрала руку об дверной косяк.
– Так…,- подумал Надир. – Одевайся, пошли.
– Куда?
– В отделение полиции. Я подам заявление. Если полиция не едет на наши вызовы, я сам поеду к ним. В конце концов, они должны будут ответить на моё заявление. Ведь это документ!- уверенно сказал Надир и повел жену к выходу.
Надир и Наиля в 9-ом отделении полиции написали заявление, в котором рассказали о погроме и нанесении телесных повреждений хозяйке.
В дежурной части сотрудник прочитал заявление, но регистрировать его не стал. Он указал на дверь начальника, попросив пройти к нему.
Начальник отделения был знаком с профессором. Он поздоровался с супругами и попросил их сесть.
– В чём дело, Надир муаллим?
– Гасан муаллим, ситуация с каждым днём обостряется. Дошло до того, что эти люди сегодня в моё отсутствие пришли в дом, всё перевернули вверх дном и ещё избили мою жену. Я хочу написать заявление. Прошу вас принять меры.
– Надир муаллим, я не могу принять ваше заявление. Поймите, мы не можем вмешиваться в это. Я же просил вас пойти на уступки, договоритесь по-хорошему.
– Что значит не можете принять заявление? По-вашему, любой, кто захочет, может в моем же доме, под собственной крышей, избить нас? Разве полиция не должна защищать своих граждан?- не понимал Надир.
– Профессор, у меня тоже семья. Я не могу пойти против депутата Милли Меджлиса. Завтра меня тоже выкинут из полиции на улицу. А мне потом кто будет помогать, вы?
– Ну, если и полиция здесь бессильна, то мне остается только жаловаться в Европейский суд.
– Вы думаете, вам это поможет? Надир муаллим, опуститесь на землю, это Азербайджан. Идите лучше договоритесь с Зейнаб ханум, не создавайте ещё больше проблем,- ответил начальник отделения полиции.
Было солнечное воскресное утро. Надир сидел на балконе и пил чай. Воздух был наполнен утренней свежестью. Профессор смотрел на опустевший двор, где тишину нарушало лишь пение птиц. Ничего не предвещало о предстоящей беде…
Вдруг Надир заметил, что во двор вошла “делегация” – участковый, инженер Гусейн, новый прораб, начальник Жилищно-коммунального управления и ещё несколько человек, которых Надир не знал.
Участковый, начальник ЖКУ, и ещё двое остались во дворе. Профессор заметил, что Гусейн и ещё четверо с ним вошли в подъезд.
“Да, это по нашу душу,”- подумал Надир и пошел в дом.
Когда непрошеные гости вошли в коридор, нетрудно было заметить, что эти люди уже потеряли человеческий лик. Они не здоровались, грубо проходили в квартиру, как будто к себе домой.
– Если вам нечего мне предложить, незачем сюда ходить. Уходите, – твердо сказал им Надир.
– Это вы отсюда уйдете. Ты, профессор, похоже, не понимаешь, когда с тобой говорят по-хорошему,- ответил прораб.
– Берите всё и выбрасывайте в подъезд,- приказал Гусейн.
Мужчины стали выносит в подъезд диван, телевизор, стулья.
– Что вы делаете? Сейчас же прекратите,- кричала Наиля, выталкивая Гусейна.
Тот схватил её за руку и поволок в подъезд.
– Отпусти меня, негодяй, отпусти.
– Пошла вон отсюда, старая тварь, иначе сейчас крыша упадет вам на голову. Он грубо толкнул Наилю в подъезде, и та упала с лестницы.
Увидев, как жену вытолкнули из квартиры, Надир, не помня себя, схватил кухонный нож и бросился в подъезд на помощь к Наиле. Но увидев её лежащей без сознания на лестничной площадке, вернулся в квартиру, набросился на Гусейна, орудовавшего в его спальне, и ударил его в живот. Гусейн прислонился спиной к стене и опустился вниз.
Все остальные в квартире вдруг замолкли. Несколько секунд стояла тишина. Затем один из мужчин подошел к Гусейну, который словно сел, прислонившись к стене. Он поднял его руку, слушая пульс. И вдруг закричал:
– Убили, убили…
Тут в квартиру вбежали участковый и другие, которые были с ним всё это время во дворе.
– Что же ты творишь, собака?- закричал участковый.
Надир бросил ему под ноги нож и пошел к Наиле, которая только сейчас очнулась от удара.
Через несколько минут подоспела полицейская машина, которая увезла в отделение профессора Велиева.
Начальник 9-го отделения полиции Гасан муаллим встретил профессора, сожалея о случившемся.
– Профессор, я ведь просил вас не усложнять ситуацию. Что же вы наделали?
– Я писал жалобу даже Президенту страны. Никто на захотел меня защитить. Мне просто не оставили выхода…
Через час профессора Велиева привезли в Управление полиции Сабаильского райёна, где его продержали ещё несколько часов. Пока он находился в Управлении, в дежурную часть позвонила депутат Милли Меджлиса Зейнаб Ханларова.
– Капитан Мамедов слушает.
– Это Зейнаб ханум.
– Да, Зейнаб ханум.
– Я прошу вас упрятать этого убийцу надолго. Такие страшные люди должны быть изолированы от нашего общества. Побейте его хорошенько в камере, вправьте мозги этому обнаглевшему профессору,- не могла успокоиться истеричная певица.
– Будет сделано, Зейнаб ханум,- услужливо отвечал капитан Мамедов, про себя удивляясь высокомерию этой женщины. Мамедов ничего и никому не стал говорить об этом звонке. Он был одним из немногих, кто сочувствовал профессору.
Когда профессора Велиева доставили к прокурору Сабаильского райoна, Х.Пирмамедов набросился на него с обвинениями.
– Вас неоднократно предупреждали не связываться с Зейнаб ханум. Эта женщина всегда добивается своего. У неё должность, власть, деньги, популярность. Кому вы объявили войну?
– Я находился под собственной крышей, я защищал свою семью и свой дом.
– Да, дом. Теперь вам нужно отказаться от этого дома, если не хотите просидеть в тюрьме 14 лет. Если вы откажетесь от квартиры, я смогу сократить ваш срок до 8-9 лет.
Немного подумав, профессор ответил:
– Я хотел бы встретиться с женой и поговорить об этом.
– Мы устроим вам встречу,- ответил Пирмамедов.
Те несколько дней, пока Надир Велиев ждал обещанной встречи с женой, были для него настоящим адом. За несколько дней профессор поседел и на глазах постарел. К нему два раза вызывали тюремного врача. Начинало сдавать сердце. Профессор не мог поверить, что всё в его жизни – работа, научная деятельность, семья, и даже свобода – навсегда утеряны. Но больнее всего было от осознания того, что он жил в стране, в которой человек не защищен государством, где он остается один на один со своими проблемами…
Наконец он увидел Наилю. Она плакала и украдкой вытирала слёзы. Когда Наиля узнала о предложении прокурора, ответила:
– Не думай обо мне, дорогой. Отдай эту квартиру. Нет мне больше счастья в этом доме. Они всё равно его снесут, всё равно поступят по-своему. Отдай дом и за меня не думай. Я поеду к родственникам в Грузию. На улице не останусь. Сейчас важнее твоя жизнь.
Надир тихо плакал и целовал руки жены.
Профессору пришлось отказаться от собственной квартиры. Его осудили на 8 лет по статье “Умышленное убийство”. К сожалению, никто не стал разбираться в обстоятельствах этого дела и как научный деятель, профессор, в собственной квартире совершил убийство.
Сегодня на месте профессорского дома стоит построенный депутатом 16-этажный дом, жители которого и не догадываются о трагедии этого двора. хотел бы встретиться с женой и поговорить об этом.
Уважаемый читатель может подумать, что автор пишет о единичном или редком случае, когда жителей насильно выселяют из собственной квартиры взамен на мизерные суммы. Если 5-10 лет назад эти случаи встречались довольно редко, то теперь в Баку такая политика насильственного переселения законных жильцов с целью приобретения дорогих земельных участков в центре Баку проводится уже на государственном уровне. За последние 3-4 года Указом Президента Азербайджана Ильгама Алиева сотни тысяч жителей столицы лишились собственных квартир. Так, незаконно выселялись жители поселков Сулу-Тепе, Боюк-Шор, пос. Монтина, Басина, Советской, по проспекту Нобеля. Жителям центральных райoнов Баку за их квартиры было предложено 1500 долларов за кв.метр, тогда как рыночная цена квартир в центре уже по 4-5 тысяч евро за кв.метр. За полученные суммы жители центра могут приобрести квартиры лишь за городом. Центр для них потерян навсегда. На месте их квартир теперь дорогостоящие квартиры приобретают государственные чиновники, среди которых трудно найти столичного жителя. Это в основном уроженцы Армении, Нахичевани, курды. Планомерная политика выселения бакинцев из центра в интересах тех, кто сегодня у власти в стране. Жители обращаются с жалобами в администрацию Президента, в суды, чаще всего эти жалобы остаются без внимания. Были случаи, когда жителей вызывали в суд для рассмотрения их жалобы, а в это же время, когда они находились в суде, дома разрушали, наспех выбросив на улицу домашнюю утварь. Имеются случаи, когда суд вынес решение в пользу квартиросъёмщика, но несмотря на это квартира незаконно была снесена. Например, так поступили с жительницей Баку Х.Рзаевой, её сына арестовали и посадили в тюрьму сроком на 8 лет за сопротивление тем, кто не взирая на решение суда разрушил их дом. После ареста сына хозяйку квартиры уволили с работы, а положенные деньги за квартиру до сих пор не выдали. У неё нет денег ни купить дом, не снять квартиру, ни даже на пропитание.
Жители в поселке Эрзурум, выше Лунапарка по проспекту Нобеля, получили настолько мизерные суммы, что не могут вообще приобрести квартиры и вынуждены теперь жить на съёмной квартире.
Немало случаев, когда полиция избивала не желающих покидать свои квартиры, люди переносили инфаркт, инсульт, беременные теряли детей, люди с побоями попадали в больницы. Многие граждане страны живут в квартирах, которые получили от государства в советский период. Это единственное их имущество. Сегодняшнее правительство ничего им не дало, но зато сумело отнять и последнее.
Жильцы выходили на митинги, требуя у власти назначить справедливую цену за их земли и дома. Однако митингующих уводила полиция, обвиняя их в хулиганстве, наркоторговле или по другим статьям отправляла за решётку. Нет ни инстанций, куда граждане могут жаловаться, нет даже права на жалобу. Правительство Ильгама Алиева уже несколько лет таким образом лишает граждан республики их законных конституционных прав.
