![](https://i1.wp.com/moscowtimes.org/wp-content/uploads/2024/08/image-738.jpg)
Пока никто из освобожденных не высказался о планах на будущее, но рассуждения на эту тему уже заполнили просторы русскоязычного интернета. Деградация нашей политической эмиграции очевидно, так что появление героических людей произошло очень вовремя. Многие надеются, что получившие свободу оппозиционеры немедленно включатся в работу.
А так как все со всеми успели разругаться, попытки перетянуть вновь прибывших на свою сторону уже начались.
Яшин и Кара-Мурза — несомненно политические тяжеловесы, не только хорошо известные в России, но и имеющие неплохую репутацию в западном общественном мнении. У обоих есть реальная перспектива занять зияющую дыру, образовавшуюся после гибели Навального. Насколько им удастся снять противоречия и помирить разные оппозиционные лагеря, не берусь прогнозировать. И будут ли они мирить и объединять, тоже не знаю. Но по крайней мере теоретически такое развитие событий возможно.
Интересно будет понаблюдать, как будет меняться политический эмигрантский ландшафт с появлением на нем этих фигур.
К сожалению, нынешний обмен имеет и еще одну сторону.
Путин убедился: чтобы спасти своих попавшихся киллеров и диверсантов, надо брать заложников. Метод работает. Он наверняка рассматривает состоявшийся размен как свою большую победу над мягкотелым Западом. И Навального не отдал, и Красикова получил.
И теперь у Путина всегда будет запас заложников из «недружественных стран». Пополнить обменный фонд нетрудно: бери любого прямо в Шереметьево, никакие сложные контрразведывательные операции не нужны. А русских киллеров и диверсантов по просторам свободного мира будет бродить больше. Можно не сомневаться.
Больше скажу. Для многих из нас, фактически объявленных врагами народа («иноагентами» и «экстремистами»), увеличивается шанс встретить в Европе своего Красикова. Всем своим красиковым Путин послал ясный сигнал: что бы ни произошло, я вас вытащу. Своих не бросаем и все такое. Так что колебания немецких властей, до последнего не соглашавшихся включать в обмен киллера, осужденного за убийство, объяснимы. Когда ты выпускаешь на свободу приговоренного к пожизненному заключению преступника, ты гарантированно получаешь в будущем таких же преступников в еще большем количестве.
Крупнейший обмен заключенными после окончания холодной войны обращает на себя внимание абсолютным несоответствием участников с одной стороны участникам с другой. Если раньше меняли шпионов на шпионов, военнослужащих на военнослужащих, или политиков на политиков, то на этот раз асимметрия бросается в глаза. Кого получил Путин? Киллера, хакеров, мошенников, разведчиков-нелегалов. Кого отдал Путин? Политических активистов и случайных граждан западных стран, попавшихся под руку.
Естественно, реакция на событие тоже была разной. Если первые лица государств, участвовавших в обмене, отметили гуманитарный характер состоявшегося обмена (воссоединение семей, спасение больных и т. д.), то в России сделали акцент на «своих не бросаем» и даже прибегли к новым угрозам. Бывший президент Дмитрий Медведев выразился наиболее ясно: «Хочется, конечно, чтобы предатели России сгнили в застенке или сдохли в тюрьме, как это нередко и случалось. Но полезнее вытащить своих, работавших на страну, на Отечество, на всех нас. А предатели пусть теперь лихорадочно подбирают новые имена и активно маскируются под программой защиты свидетелей».
Пропаганда в России попыталась извлечь из громкого обмена и еще одну пользу — вознамерившись поставить знак равенства между противоположными группами освобожденных. Ну раз мы не скрываем, что вернули себе наших шпионов, значит и Запад тоже вернул себе своих агентов. В официальном сообщении ФСБ так и сказано: «Россияне были обменяны на группу лиц, действовавших в интересах иностранных государств в ущерб безопасности России».
Поверят ли в такую трактовку событий российские потребители пропаганды? Почему бы и нет? И не такому верили. Если Путин хотел в результате вырасти в глазах своего населения, ему это, думаю, удалось.
Впрочем, и западные политики попытались извлечь свой интерес. И Байден с Харрис, примчавшиеся с телеоператорами на военную авиабазу встретить пленников у трапа самолета, и Путин, сделавший то же самое во Внуково-2, преследовали примерно одну и ту же цель. Вот только у Шольца что-то сорвалось: прервав отпуск, он приехал на аэродром в Кёльне, там ему соорудили трибуну, и он выступил, даже дважды, вот только на фоне прилетевших заложников встретиться не удалось.
Как бы то ни было, обмен состоялся. На свободу вышли несколько убежденных противников путинского режима. Удалось сделать так, что чудовище ненадолго разжало зубы и выпустило своих жертв. Будем считать это главным итогом громкого мероприятия.