Иллюстрация: Алина Печенкина

После вторжения России в Украину Кыргызстан столкнулся с нехваткой иностранной валюты. Откуда вообще она берется в стране? Само собой, из-за рубежа. Мы провели анализ по 156 странам мира и выяснили, откуда в Кыргызстан поступает больше всего иностранной валюты.

Представьте, что у вас есть собственный бизнес – например, ваше предприятие производит мебель и продает ее за рубежом. На вырученную иностранную валюту вы покупаете древесину и фурнитуру по всему миру, а часть валюты меняете на сомы и выплачиваете рабочим в виде зарплаты.

Если у вас много покупателей по всему миру, то ваш бизнес достаточно устойчив. Если же вы продаете свою продукцию двум-трем очень крупным клиентам – вы в зоне риска. Если один из них разорится или просто откажется от вашего товара, найдя более выгодное предложение, у вашего бизнеса могут быть крупные проблемы.

У государств все устроено примерно так же, только сложнее. Экономики всех стран в той или иной степени уязвимы друг перед другом, а разные валюты постоянно перетекают между странами.

Мы посчитали, откуда и за счет чего Кыргызстан получает больше всего иностранной валюты. Для этого мы использовали метод подсчета индекса экономической уязвимости, разработанный исследователями сингапурской Высшей школы международных исследований С. Раджаратнама (RSIS). Согласно этому методу, далее мы будем называть долю валютных поступлений Кыргызстана от той или иной страны «индексом уязвимости».

Индекс строится на основе притока иностранной валюты в страну, поэтому при подсчетах мы использовали обобщенные данные об экспорте товаров и услуг, притоках прямых инвестиций и денежных переводов. Импорт в расчеты не включен, так как он выводит валюту из страны. Индекс скорее дает общее представление, нежели в точности отражает картину. Подробнее о расчетах читайте ниже.

Сама по себе уязвимость ни плоха, ни хороша. Нет четких разграничений, какую уязвимость считать «здоровой», а какую нет – это индивидуально для каждой страны. Высокая степень уязвимости – не показатель слабой экономики. И наоборот – низкая степень уязвимости может свидетельствовать об изолированности экономики. Однако ее понимание может здорово помочь в оценке и смягчении потенциальных угроз.

Независимый исследователь-экономист Данияр Молдоканов говорит, что этот индекс нельзя воспринимать как показатель экономической зависимости одних стран от других, но он показывает количество стран-партнеров Кыргызстана и распределение валютных поступлений от них в кыргызский бюджет.

Молдоканов отмечает, что для стран Центральной Азии типична ситуация, когда «львиная доля» валюты (больше половины) поступает к ним от небольшого количества торговых партнеров.

«В более развитых же странах распределение между [торговыми] партнерами обычно не такое: чаще всего чем развитее страна, тем равномернее распределение поступлений от стран-партнеров», – объясняет он.

Мы составили топ стран мира, из которых в Кыргызстан в среднем поступало больше всего валюты от экспорта, инвестиций и денежных переводов за последние 16 лет (с 2005 по 2021 годы).

Не главная угроза?

Кыргызстанцы уже давно привыкли, что их периодически пугают Китаем – мол, республика находится в жуткой зависимости от своего главного кредитора. Однако неожиданно Китай даже не в тройке лидеров стран, откуда в Кыргызстан поступает иностранная валюта. Он занимает четвертое место.

Иллюстрация: Алина Печенкина

Китай оказался в этом топе за счет прямых инвестиций в Кыргызстан. Максимальные суммы – $468 млн и $474 млн – поступили в 2013 и 2015 годах, тогда же индекс достиг максимума – 5,7%. Потом, за исключением пандемийного 2020-го, приток прямых инвестиций из Китая не превышал $300 млн. В 2021 году индекс составил 3,7%.

Но нужно сделать важную оговорку.

Основой торговых отношений двух стран является все-таки импорт товаров, который в индексе не учитывается. К тому же Кыргызстан занимается реэкспортом китайских товаров – мы не знаем, какую долю он занимает в кыргызском экспорте. При реэкспорте большая часть валюты не остается в Кыргызстане, и это значительно влияет на индекс.

Золотые партнеры

Третье место занимает Швейцария. Индекс уязвимости Кыргызстана к ней падал, начиная с 2016 года, пока не опустился ниже 1%. С чем это связано?

До 2018 года Швейцария была главным импортером кыргызского золота (она импортировала до 95% драгметалла). Но потом эту позицию заняла Великобритания, которая занимает в топе пятое место. В 2020 году экспорт золота в Соединенное Королевство достиг рекордных $987 млн, а индекс уязвимости перед этой страной достиг своего пика – 8,7%. Однако уже в следующем году поставки уменьшились в четыре раза. То же случилось и с индексом.

Еще одна страна, связи Кыргызстана с которой были завязаны в основном на добыче золота и торговле им – Канада.

Иллюстрация: Алина Печенкина

В последние десять лет индекс уязвимости по отношению к ней не превышал 2%, а в 2021 году упал сразу до 0,05%. В основном он зависел от прямых инвестиций этой страны в Кыргызстан – в 2021-м их поступило всего $4 млн против $155 млн в 2020 году.

Весной 2021-го кыргызские власти национализировали крупнейший проект канадской золотодобывающей компании Centerra Gold – рудник Кумтор. А в конце июля текущего года администрация президента Кыргызстана объявила об окончательном переходе рудника республике.

Соседи-импортеры

Казахстан – самый географически близкий к Кыргызстану партнер по ЕАЭС – занимает в рейтинге второе место. Это выглядит логичным, однако, начиная с 2014 года, уязвимость по отношению к Казахстану постоянно падает. И после вступления Кыргызстана в ЕАЭС в 2015-м – тоже.

Иллюстрация: Алина Печенкина

В основном валюта из Казахстана в Кыргызстан поступает от экспорта товаров – Кыргызстан поставляет соседу руды драгметаллов, стекло, текстиль и продукты. В 2014-м экспорт резко сократился с $509 млн более чем в два раза.

Уязвимость перед Узбекистаном и Таджикистаном (они занимают в топе шестое и десятое место соответственно) также завязана на экспорт товаров. Узбекистан импортирует скот, цемент, черные металлы и уголь, Таджикистан – пластмассовую тару, стекло и древесину. Кроме этого, Кыргызстан поставляет соседям минеральные продукты, в том числе нефть и нефтепродукты.

Абсолютный лидер

Среди 156 стран экономика Кыргызстана наиболее уязвима перед Россией. В 2021 году индекс уязвимости перед ней достиг рекордных 34,4%. Это означает, что Россия – источник трети всей иностранной валюты, поступающей в Кыргызстан.

Если считать дальше, от единственного экономического партнера, России, в республику поступает сумма, равная почти половине всего ВВП Кыргызстана, в основном за счет денежных переводов. К слову, республика входит в десятку стран мира, наиболее зависимых от денежных переводов.

Россия – единственная страна мира, уязвимость перед которой у Кыргызстана постоянно растет, все за счет того же роста объема денежных переводов. Индекс всех остальных стран снижается.

За 16 лет объем денежных переводов мигрантов вырос с $263 млн до $3 млрд в год. Вступление Кыргызстана в ЕАЭС только увеличило их приток.

Но трижды случался и спад – в 2008, 2014 и 2020 годах. Каждый раз для этого были объективные причины: сначала – мировой экономический кризис, потом – введение антироссийских санкций на фоне аннексии Крыма, и, наконец, пандемия COVID-19.

Уязвимость от России формируется за счет получения иностранной валюты от экспорта товаров и услуг, инвестиций и денежных переводов.

В 2005 году в Кыргызстан от экспорта товаров в Россию поступило $134 млн, а в 2021 году – уже почти $413 млн.

Несмотря на то, что доходы от экспорта за 16 лет выросли, его доля в поступлении инвалюты из России снизилась в три раза. Причина снова в денежных переводах – их доля в поступлениях выросла аж до 81%.

Иллюстрация: Алина Печенкина

Последствия не будут мгновенными

Из-за международных санкций, введенных против России на фоне вторжения в Украину, в 2022 году ее ВВП упадет – и во Всемирном банке, и в самой России прогнозируют спад на 7,8-10%.

«Учитывая, что российская экономика привлекает большое количество мигрантов, ее изоляция сильно повлияет на Кыргызстан», – говорит эксперт по Центральной Азии Темур Умаров.

По его словам, это не произойдет резко. «Рубль сейчас крепкий – на него в принципе нет спроса, и это позволяет российским властям держать его в рамках разумного. А так как мигранты получают деньги в рублях, для тех, кто работает официально, по контракту, зарплаты сильно не изменятся», – объясняет эксперт.

Темур Умаров

Однако для тех кыргызских мигрантов, кто официально не трудоустроен, ситуация будет хуже, говорит он. Кроме этого, могут возникнуть проблемы с импортом промышленных товаров из России – около 80% ресурсов для их производства поступало из стран, наложивших на нее санкции. И это не считая риска вторичных санкций, которые грозят Кыргызстану, если он станет посредником в обходе введенных против России ограничений.

Умаров полагает, что уязвимость Кыргызстана перед Россией должна снижаться на фоне ее вторжения в Украину и противостояния с западными странами. Кыргызстану придется уходить от российского доминирования и искать других партнеров, считает эксперт.

«Раньше было такое понимание, что Россия, конечно, не самый экономически выгодный партнер, но в сотрудничестве с ней есть выгоды. В момент вступления в ЕАЭС Кыргызстан боялся, что у Китая будет слишком большой доступ к кыргызскому рынку, он будет давить и полностью захватит потребительский рынок. Поэтому, когда вы часть большого блока, в котором есть Россия, ваши переговорные позиции сильнее. Насколько это будет актуально сейчас – вопрос», – объясняет Умаров.

Он считает, что Кыргызстану нужна диверсификация экономических связей, однако это долго, сложно и дорого. Учитывая ограниченность госбюджета и частую смену власти, каждое новое руководство не заинтересовано в долгосрочной стратегической работе, считает он.

По словам Умарова, в случае, если у кыргызских властей будет решимость и политическая воля, им необходимо обратить внимание на более плотное сотрудничество со странами Центральной Азии в том, что касается промышленных товаров и энергетики.

Однако, замечает он, большинство проблем в Центральной Азии (включая, конечно, Кыргызстан) упираются в «коррупцию государственного уровня, в безответственность элит, предпочитающих ставить собственные интересы выше общенациональных».

Он считает, что у Кыргызстана есть возможность выйти даже из той сложной ситуации, в которой он находится, если для обогащения госбюджета правильно использовать то малое количество ресурсов, которое у него есть.

Но есть ли у политических элит интерес и желание ими воспользоваться – большой вопрос, который, к сожалению, становится главным, заключает эксперт.

Как мы рассчитывали индекс?

Метод подсчета индекса экономической уязвимости разработали исследователи сингапурской Высшей школы международных исследований С. Раджаратнама (RSIS).

Формула, которую мы использовали:

Экспорт товаров Кыргызстана в страну Х + Экспорт услуг Кыргызстана в страну Х + Приток инвестиций в Кыргызстан из страны Х + Приток денежных переводов в Кыргызстан из страны Х


Общий объем экспорта товаров Кыргызстана + Общий объем экспорта услуг Кыргызстана + Общий объем притока инвестиций + Общий объем притока денежных переводов

Важно! При подсчетах мы использовали общие данные по экспорту, не выделяя реэкспорт.

Экономист Данияр Молдоканов объясняет, что иногда экономическая зависимость стран друг от друга может заключаться не столько в объемах международных поступлений, сколько в импорте конкретного товара.

«Может быть так, что партнеры имеют одинаковый вес в общей совокупности, но один партнер продает [Кыргызстану] нефть, а другой – высокие IT-технологии. При прочих равных условиях, если перекроют поставку топлива из России, наша экономика заглохнет. Если же перестанут поставлять Windows, будет тоже плохо, но почувствуем мы это совсем по-другому», – говорит он.

наверх

Автор: Мария Пак, Economist.kg

Редакторы: Анна Капушенко, Дмитрий Мотинов

Продюсер истории: Алтынай Мамбетова, Школа данных