Еврокомиссия официально включила Россию в свой список стран со стратегическими недостатками в системе предотвращения финансовых преступлений. Это европейский эквивалент черного списка FATF, где обычно числятся государства-парии вроде Ирана, Мьянмы и Северной Кореи. Решение лоббировали Киев, Европарламент и некоторые страны Центральной и Северной Европы, требуя от Брюсселя усилить давление на Москву на фоне переговоров по Украине, чтобы продемонстрировать, что санкционный арсенал Европы еще не исчерпан.
Однако на практике от этого решения пострадает не Кремль и не та часть российского бизнеса, которая подпитывает войну, а совсем другие люди: держатели российских паспортов в Европе, малый и средний бизнес, пытающийся вести легальную неподсанкционную торговлю, обычные граждане, оплачивающие обучение детей. А для российской экономики в целом, которая уже три года живет под беспрецедентными санкциями и переориентировалась на Азию, эффект будет косметическим. Очередная капля в море ограничений добавит транзакционных издержек, но не изменит общей траектории.
Анатомия списков
Вопрос о включении России в список «третьих стран с высоким риском» в FAFT обсуждали более двух лет. Украина и ряд стран Центральной Европы добивались регуляторного наказания Москвы как в Еврокомиссии, так и в FATF.
FATF — главная международная организация, занимающаяся борьбой с отмыванием денег. У нее есть черный и серый списки. Тех, кто попал в первый, фактически отключают от международной банковской системы, после чего они могут проводить какие-то финансовые операции только через посредников. Во втором оказываются страны, транзакции с которыми не запрещены, но мониторятся с особым вниманием. В октябре 2025 года организация исключила из него ЮАР, Мозамбик, Буркина-Фасо и Нигерию и не добавила никого нового.
Россия тоже входит в FATF — с 2003 года, но из-за войны с Украиной организация приостановила российское участие. Примечательно, что до войны Россия считалась одной из стран-отличниц FAFT. Москва регулярно получала высокие оценки за соответствие стандартам, активно сотрудничала с другими странами в обмене информацией, а в 2013–2014 годах даже председательствовала в организации. Но спустя всего 10 лет Россия стала использовать международное законодательство по борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма в качестве репрессивного инструмента против гражданского общества.
Так и не добившись от FATF решения внести Россию в черный список, Брюссель внес ее в свой собственный, объяснив это необходимостью сохранить целостность европейской финансовой системы. Решение может быть оспорено странами ЕС в течение месяца, но это маловероятно.
Механика усиленной проверки
Список ЕС не запрещает проводить операции с попавшими в него странами, но требует проверять их невероятно тщательно, вручную, долго и сложно проходя все уровни одобрения. Такой режим усиленной проверки (Enhanced Due Diligence, EDD) кардинально отличается от стандартных процедур Customer Due Diligence (CDD). Если CDD — это базовая верификация клиента (проверка паспорта, адреса, источника дохода), то EDD — это тотальный и непрерывный мониторинг, который превращает каждую транзакцию в многоуровневый квест.
EDD включает несколько обязательных компонентов. Во-первых, расширенную идентификацию: финансовые институты обязаны собирать дополнительную информацию из множественных источников — не только паспортные данные, но и полную историю занятости, детальное происхождение средств, информацию о бенефициарных владельцах для юридических лиц, даже анализ публичных упоминаний клиента в СМИ (adverse media screening).
Во-вторых, мониторинг должен быть ручной, а не автоматизированный. То есть каждая транзакция проходит через все уровни одобрения, что занимает недели вместо часов. В-третьих, регулярные обновления: даже если клиент уже прошел проверку, банк обязан запрашивать новые подтверждения происхождения средств при каждой значимой операции.
Европейская четвертая директива по противодействию отмыванию денег (4AMLD) делает EDD автоматически обязательной для всех клиентов из стран, попавших в списки FATF или ЕС. Это означает, что российские граждане и компании теперь находятся в одной категории с клиентами из Ирана и Северной Кореи — не потому, что они совершили какие-то конкретные нарушения, а исключительно по факту гражданства или регистрации. Зачастую банки просто предпочтут не связываться с такими клиентами.
Глобальный охват
Последствия решения ЕС не ограничатся только европейской территорией. Влияние европейского финансового регулирования распространяется на другие страны по нескольким каналам. Во-первых, ряд государств унифицируют свое законодательство с Европой в рамках евроинтеграции — это страны Западных Балкан, Украина, Молдова и Грузия. Для них черный список ЕС становится де-факто их собственным черным списком.
Во-вторых, международные банки, активно работающие в Европе, вынуждены применять европейские стандарты глобально, чтобы избежать риска штрафов и потери европейских лицензий. Иными словами, департаментам комплаенса в банках почти безразлично, в каком именно списке — FATF или ЕС — находится страна. Они подходят с повышенной скрупулезностью ко всем юрисдикциям из любых подобных списков, потому что цена ошибки слишком высока.
В-третьих, эффект распространяется на страны бывшего СССР, через которые россияне до сих пор переводят деньги. Казахстан, Узбекистан, Армения — все эти финансовые хабы для российских капиталов теперь столкнутся с резким ужесточением требований к клиентам с гражданством РФ. Банки этих стран, опасаясь вторичных санкций и проблем с корреспондентскими отношениями в западных банках, вероятно, будут более тщательно подходить к работе с российскими клиентами, а то и вовсе станут избегать их.
Крипта под запретом
Отдельного внимания заслуживает влияние решения на криптовалютную отрасль — последнюю относительно доступную лазейку для трансграничных финансовых операций россиян. Здесь европейские регуляторы действуют особенно агрессивно, причем в связке с уже принятым 19-м пакетом санкций от октября 2025 года.
19-й пакет санкций ЕС впервые прямо включил криптоплатформы в санкционный список, запретив предоставлять любые криптовалютные услуги гражданам или резидентам РФ, а также зарегистрированным там юрлицам. Это означает полный запрет для европейских бирж типа Bybit EU, Kraken, Bitstamp на обслуживание российских клиентов.
Европейские подразделения глобальных криптобирж обязаны соблюдать этот запрет. Enhanced Due Diligence в криптосфере означает: детальное раскрытие источников происхождения криптоактивов (практически невозможное для старых кошельков), постоянный мониторинг транзакций на предмет использования миксеров (сервисов, которые смешивают криптовалюту разных пользователей для повышения анонимности транзакций) или privacy coins, блокировку при малейшем подозрении.
19-й пакет санкций ЕС также добавил головной боли россиянам, живущим в ЕС. Необанк Revolut начал закрывать счета россиян даже с видом на жительство в ЕС, ссылаясь на новые ограничения. А Bybit EU после миграции с Bybit NL стал отказывать в повторной верификации клиентам с российскими паспортами, даже если они ранее были верифицированы с помощью тех же документов.
Асимметрия последствий
Парадокс решения Еврокомиссии заключается в том, что его главными жертвами станут совсем не те, против кого оно формально направлено. Крупный российский бизнес, связанный с путинским режимом, уже давно адаптировался к санкционной реальности, выстроив сложные схемы через третьи страны, офшоры и непубличные структуры.
Настоящими проигравшими окажутся три категории людей и компаний. Во-первых, российские граждане, легально проживающие в ЕС. Даже имея вид на жительство или ПМЖ, они столкнутся с постоянными проблемами: закрытие банковских счетов, отказы в ипотеке, невозможность открыть брокерский счет, проблемы с денежными переводами.
Во-вторых, это малые и средние компании из России и ЕС, которые ведут легальную и неподсанкционную деятельность. Взаимодействие между ними, которое и так было непростым из-за ужесточившегося регулирования, может полностью прекратиться — ведь каждую транзакцию теперь придется сопровождать огромным количеством бумаг.
В-третьих, пострадают европейские технологические стартапы с российскими основателями или корнями. Количество бумаг, которые им необходимо собирать для каждой транзакции, вырастет кратно, что неизбежно отразится на операционной модели.
По иронии судьбы решение ЕС может даже усилить теневые финансовые потоки. Когда легальные каналы перекрыты или максимально затруднены, люди и компании неизбежно обращаются к серым схемам: неформальным обменникам, теневому банкингу, сомнительным криптоплатформам без KYC. В итоге это создает дополнительные риски и делает финансовую систему менее прозрачной.
Очевидно, что решение Еврокомиссии включить Россию в черный список — это шаг прежде всего политический, а не экономический. Он выполняет символическую функцию: демонстрирует единство Запада, удовлетворяет европейских ястребов и создает видимость дополнительного давления на Москву. Но стоит четко осознавать, что на практике это новое давление коснется совсем не путинского режима и близкого к нему бизнеса.