Ольге (имя изменено) семьдесят. Пенсионерка. Живёт в небольшом провинциальном городке в трёх сотнях километров от столицы. «Деревенские домики с цветастыми изразцами на главной улице, старушки на лавочках многоэтажек…» В былые годы сюда часто приезжали туристы — полюбоваться на красоту провинциальной России. Теперь сюда прилетают дроны. «Война всегда возвращается туда, откуда пришла. Подобно главной героине фильма „Звонок“, она выходит из телевизора и разом, одним махом превращается в эффект присутствия. Бумеранг возвращается всегда».
— Живу я в маленьком провинциальном городке всего в 300 км от МКАДа. Столица, можно сказать, от нас недалеко — и многие ездят туда на заработки. Сама я пенсионерка уже много лет, прошлой зимой мне исполнилось семьдесят.
Наш городок небольшой, но исторически он всегда был неразрывно связан с историей страны многими нитями — например, как вотчина одного из царей эпохи Смутного времени (и не только). Именно тогда, 400 лет назад, город в последний раз подвергался нашествию вражеских орд. В годы Второй мировой здесь размещался военный госпиталь — это был тыловой район, где раненые бойцы могли подлечиться и отдохнуть вдали от фронта. Войскам вермахта так и не суждено было приблизиться к нему. В позднесоветские годы это был популярный туристический маршрут. За последние 25 лет многое поменялось далеко не в лучшую сторону, однако, по моему мнению, скромного обаяния своей провинциальности городок наш не утратил, как бы прикрывая своей древностью духовную нищету своих обитателей… Деревенские домики с цветастыми изразцами на главной улице, старушки на лавочках возле многоэтажек днём, и стайки молодёжи, сменявшие их по вечерам. Мир казался хорошим местом. Всё изменилось в один день, буквально как гром среди ясного неба.
Одним ясным утром на пасхальной неделе я со своей дачи засобиралась в город — проведать свою квартиру. В воздухе витало какое-то неуловимое беспокойство. Сосед предупредил, что город подвергся налёту беспилотников.
Но у меня там были свои дела, и менять свои планы я не собиралась. Да и терять, по правде говоря, в моём возрасте уже нечего. Была не была. Странно я себя почувствовала, когда добралась до места событий. На окраине все магазины были закрыты, у немногочисленных бомбоубежищ стал собираться народ. В городе было необычайно пустынно, и, когда взвыла сирена воздушной тревоги, разбегаться особо-то было и некому. В основном люди сидели по своим квартирам — только одинокий бродяга, как ни в чём не бывало, продолжал спать в центре сквера почти у самого рупора громкоговорителя. Подойдя ближе к своему кварталу (наш дом располагается через дорогу от воинской части), я обнаружила, что подъездные пути преграждены грузовиками и легковушками без опознавательных знаков. Возле них дежурили «добровольцы», направляя пешеходов по переулочкам в обход главных трасс. Полицейских машин первое время я не видела, словно они попрятались кто куда. Стайка молодых солдатиков, совсем ещё детей, в касках и с автоматами перебегала от двора ко двору, пугая случайных зевак. Выглядело всё это дико. Через бетонный забор военного городка было видно, как пожар заливают подоспевшие пожарные бригады — дымилась крыша здания одной из казарм.
Курьёзно во всей этой обстановке выглядели SMS-оповещения: они не были связаны с дроновой опасностью — на телефоны приходили сообщения от МЧС о предстоящей грозе. На фоне тихого, безоблачного дня всё это казалось нереальным, какой-то неуместной и злой шуткой. В последующие дни атаки повторились. В предутренние часы снова и снова разносились тяжёлые удары, словно молотом по наковальне, тряслись стёкла в рамах и стены. Шума самих моторов мне почему-то слышно не было. В городе началась тихая паника. В местной прессе сообщали, что участились случаи обращения к психологам.
Прошёл год после этого необычайного события. Война, к сожалению, всё продолжается — и конца ей не видно. Большинство наблюдало её с экрана телевизора, с безопасного расстояния. Но война всегда возвращается туда, откуда пришла. Подобно главной героине фильма «Звонок», она выходит из телевизора и разом, одним махом превращается в эффект присутствия. Бумеранг возвращается всегда. Война коснулась почти каждого, вошла в нашу жизнь какой-то неуместной и уродливой рутиной — как по ту, так и по другую сторону. За прошедшие годы все мы как-то незаметно стали привыкать к ней. И от этого становится по-настоящему страшно…
