Максим Журило: «Лучше марафоны, чем войны»
Интервью с Максимом Журило об отъезде из РФ, учёбе в Оксфорде и судьбе проектов I Love Running и Ironstar. Мысли о спорте как триумфе воли, будущем российской политики и мечте о мире без войн.
«В приложении для знакомств попадаются фото мужчин с оружием»
Жительница сибирского города-миллионника рассказывает, как война постепенно влезла в её повседневность: исчезли Euronews, рухнули накопления, закрылись магазины, а в приложениях для знакомств начали попадаться мужчины с автоматами на фотографиях. Это письмо о тревоге, обесценивании цифровой профессии, страхе говорить вслух и ощущении, что нормальная жизнь медленно растворяется.
«Ни единого человека, кто против войны»
Работник авиационного предприятия из Ульяновска рассказывает, как живёт в полной изоляции среди людей, поддерживающих войну. Это письмо о внутренней эмиграции, страхе мобилизации и ощущении, что вокруг «почти ни единого человека, кто против войны».
«Я проживаю свою молодость в клетке»
18-летняя девушка из Кузбасса рассказывает о жизни во время войны: пропаганде в школах, страхе, давлении и невозможности быть собой. Это письмо о взрослении в условиях запретов, утрате свободы и попытке сохранить себя.
«Я хотя бы их из морока вытащил»
Пенсионер из Крыма рассказывает, как российская пропаганда влияет на его окружение — даже на родственника из Украины, чей город подвергается обстрелам. Это письмо о страхе, изменениях в обществе и попытке сохранить здравый смысл среди потока телевизионной реальности.
